qebedo


А Дракула тут и не валялся


Мадьяры, секеи и зибенбюргеры

Трансильвания - это место, известное в мире своими вампайрами и конкретно Дракулой. Почему, кстати, именно Трансильвания, а не Румыния, где Влад III Дракул господарил в XV веке? Скорее всего потому, что именно тут, в Семиградье (ака Зибенбюргене) появились первые памфлеты в среде боровшихся с ним горожан, обвинявшие Дракула в невиданной жестокости и всяких зверствах... Но, собственно, вампайры и их "князь тьмы" нам пофигу, и начнем по порядку.

Трансильвания - пограничный регион Венгерского королевства, особая природно-географическая область (Трансильванское плато, ака Трансильванская впадина), равнина, ограниченная со всех сторон Карпатами и Западно-Румынскими горами.

С XII века этот край управлялся особыми наместниками - воеводами, и имел автономию в составе Венгерского королевства. Население воеводства, как  любого пограничного района, было пестрым и разнообразным. Во-первых тут жили "классические" мадьяры. На границе с Молдовой проживали секеи (секлеры) - особая этническая группа мадьяров, составлявшая служилое сословие, освобожденное  от налогов (они платили подать быками по особым случаям - рождение наследника, вступление короля на престол и пр.), занятое в основном пограничной службой. На юго-востоке, по границе с Румынией обосновались трансильванские саксы (сасы) - немцы-переселенцы, осевшие тут после того, как в XIII веке венгерский король отдал эту область Тевтонскому ордену для защиты от набегов куманов (половцев). Помимо пограничных замков, сасы быстро выстроили семь больших городов, ставших экономической базой и костяком Трансильвании - так называемое Семиградье (Зибенбюрген): Бистриц, Германштадт (Сибиу); Клаузенбург (Клуж-Напока); Кронштадт (Брашов); Медиаш; Мюльбах (Себеш) и Шессбург (Сигишоара).

А поскольку большинство населения области составляли крестьяне-румыны, исповедывавшие православие, то в 1438 году сложился так называемый Союз трех народов (секеев, сасов и мадьяр), которые исповедывали католицизм и договорились не пускать "православное быдло" к тонкому делу управления краем. Воевода Трансильвании с тех пор выбирался либо из секеев, либо из сасов. В XVI веке эту должность часто занимали представители фамилии Батори, сделавшие себе "профит" на поддержке Яноша Запольяи (ака Иван Заполья) против австрийцев.

Ибо, как известно всем изучавшим сабж, после печальной для венгерской государственности битве при Мохаче и и гибели короля Лайоша II (Людовика) в 1526 году королевство фактически развалилось на три части. Первую, Королевскую Венгрию, отхватили Габсбурги с помощью династического брака на старшей сестре погибшего короля. Так называемую Оттоманскую Венгрию контролировали турки. А Восточную Венгрию и Трансильванию удержал за собой принесший вассальную присягу османам сын палатина (придворный титул-должность в Венгерском королевсте, первый министр, вице-король) Степана Запольи (хорвата) Иван, или, на мадьярский манер, Янош I Запольяи, объявивший себя новым королем Венгрии (его государство получило у историков название Восточно-Венгерского королевства).

Шляхтичи-почвенники (а в Венгрии тоже была шляхта, и еще та), которым союз с проклятыми немцами был смертельнее, чем с бусурманами, и поддержали Заполью, и поддерживали до самой его смерти в 1540 году. Правда, сам Янош I написал духовную, по которой передавал свои владения Габсбургам, но буквально незадолго до его кончины жена, Изабелла Ягеллонка, родила сына, который и стал Яношем II Жигмондом. Он с 1540 по 1570 тоже был венгерским королем, но в результате сложных интриг и трехсторонних войн (австрийцы, венгры, турки) в 1570 году подписал договор в Шпейере, по которому отказывался от короны в пользу Габсбургов, а взамен получал от них Трансильванию, причем уже не как воеводство (воевод там уже много лет не было), а как княжество на условиях вассальной зависимости.

Так Янош Жигмонд стал первым князем Трансильвании...

Власть вампирская

Князь Янош Жигмонд Запольяи был самым толерантным и либеральным из современных ему князей - он первым разрешил в своих владениях (еще королевских) свободу вероисповедания, а в 1571 году на сейме в Тыргу-Муреше подтвердил ее для католиков, лютеран, униатов и кальвинистов - всех религий, которые исповедовала местная знать и городской патрициат (а всяким иудеям, мусульманам и православным предлагалось свободно дышать, жить и передвигаться, сим пусть и довольствуются).

Религиозная свобода в голове у первого князя Трансильвании дошла до того, что когда он, сраженный своим хрупким здоровьем в возрасте всего 31 года, умер в том же 1571-м (побыв князем всего год), то завещал власть своему казначею Каспару Бекешу, который хоть и был мадьяром, но исповедывал социнианство (одно из течений протестантизма, популярное в Польше и Венгрии, и вы всё равно не поймете, в чем там был цимес).

Естественно, до такого фармазона тутошняя шляхта скатиться не могла, и на сейме выбрала (ах да, согласно установленному порядку, князя "типа выбирала" шляхта - ну как круля в Жечи, милый обычай) секейского магната Иштвана (Стефана) из рода Батори, в котором до него было много трансильванских воевод.

Бекеш был несогласный, взбунтовал аборигенских протестантов и до 1575 года партизанил, пока наконец не лишился всего имущества и не сбег в Жечь. Там он, кстати, со временем снова встретился с Иштваном Батори, которого выбрали крулем Стефаном Баторием, они помирились, и бывший казначей еще долго потом куролесил в Польше, Литве и даже Беларуси. Умер в Вильно, и его запретили хоронить на кладбище как "клятого протестанина". И да - история увековечила пана Каспара в названии короткого тулупа на меху - бекеши...

История (точнее ее "попкорновый" вариант) так сложилась, что кроме Стефана Батория (и даже более, чем его) пипл знает только Эржбету Батори, "Кровавую графиню" (племянницу Стефана, к слову), которая то ли ела людей, то ли пила человеческую кровь, то ли в ней купалась, то ли это всё оговоры злых врагов...

Все же остальные Батори были люди без особой фантазии и патологий, "крепкие государственники", разве что Иштван-Стефан стал еще и известным полководцем.

Тут история прямо-таки "русофобско-ЗОГовская" - на выборах круля Жечи в 1575 году (когда Генрих Валуа дал тягу от своих любимых подданных "до самого Парижу") султан оттоманов Селим II Пьяница очень прозрачно намекнул панам шляхте, что выбирать надо из одного варианта - любезного его сердцу князя Батори. А чтобы было наглядно, наслал на Польшу стопятьсот тыщ татаринов, которые много чего пожгли и пограбили - типа, "вот так и будет, если что не так". Шляхта в едином патриотическом порыве решила, что выпендриваться нынче не время, и выбрала крулем Стефана.

Ну а с такими-то ресурсами тот быстро собрал армию (и в основном не польскую, а наемную) и пошел на Русь, обломав царю Ивану, прозванному за жестокость Васильевичем, всю его до того ничошную так Ливонскую войну...

Ну это уже совсем иная история, а в Трансильвании уехавший к диким полонцам князь оставил заместителя - брата Криштофа Батори, который получил титул воеводы. Этот правитель прославился любовью к архитектуре, причем в основном к прикладной ее части - он выписывал из Европ инженеров, которые строили ему крепости и замки. Ну а еще воевода покровительствовал иезуитам, считая, что "расплодилось тут у нас всякой протестантни, прости хосподи" и даже поручил им воспитать своего сына Жигмонда, который всей своей последующей жизнью доказал, что является достойным питомцем сего славного ордена.

После смерти Криштофа в 1581 году воеводой стал его единственный выживший сын Жигмонд, а в 1586 году, после смерти круля Стефана - и князем. В крули пробраться не срослось, ибо там сшиблись такие слоны, как император СРИГН и король шведский, и пришлось довольствоваться собственной родиной. Да  и мал еще был иезуитский ученик - только в 1588 году достиг совершеннолетия (о те времена оно в Трансильвании наступало в 16 лет).

И тут-то всплыла на поверхность его подло-католическая ссучность - он заявил, что никакой в ж...изни вассальности османам не признает и будет с ними биться не на живот как есть хритиянский прынц. От такого фармазона шляхта прифигела, а потом собрала сейм, на котором потребовала от юноша "переизбраться" князем, чтобы вассальную присягу-то османцам перечитать своим ртом. Но Жигмонд твердо отказался, а кто был против - тех приказал догнать, поймать и казнить (за что поймают - за то и...).

И жизнь показала, что этот фокус молодого князя Трансильванского был еще только первым цветочком...

Османы и мунтяны

Итак, Жигмонд Батори провозгласил, что намерен "турку воевать". И это был не юношеский необдуманный порыв - османы ненажисть сцепились с Габсбургами в Венгрии, и все еще не совсем подчиненные ими балканские государства - Валахия, Молдова и Трансильвания - увидели неплохой шанс отделаться от тяготившей их вассальной зависимости.

Жигмонд пошел даже дальше - в 1595 году он пригласил в свою столицу Албу Юлию господарей Михая Храброго Валашского и Арона Тирана Молдовского, чтобы заключить с ними союз против османов. Однако хитрожумный питомец иезуитов засунул в это яблоко большого червя - правителям соседних государств предлагалось сменить вассальную присягу Порте на клятву верности князю Трансильвании. Арон Тиран решил шило на мыло не менять и не приехал, но у Жигмонда Батори оказалось достаточно политического влияния и ресурсов, чтобы устроить в Молдове переворот, свергнувший Арона и приведший на престол Стефана VIII Развана, который согласился "бумажку подмахнуть". Михай же поступил умнее - сам не приехал, а прислал послов, которые, важно вея по ветру бородами и высокими шапками, договор подписали и уехали, а господарь потом, когда перестало быть выгодно, заявил, что полномочий подписываться им не давал и ничем себя связанным не считает.

Еще одним союзником, помощью которого заручился Жигмонд для своей "священной войны", стали секеи - он наобещал им умопомрачительные привилегии и "рост социального статуса", а те ему "отвалили" 23 тысячи воинов в полном вооружении.

Ну и, наконец, князь Батори в том же 1595 году подписал союзный договор с Габсбургами, скрепив его браком с Марией Кристиной Австрийской.

Однако весьма скоро "великий альянс" Жигмонда развалился на части.

В декабре 1595 года в Молдову вторглись поляки, поймали Стефана Развана и посадили - его на кол, а на его место Иеремию Могилу (если что - русина-украинца, деда князя Иеремии Вишневецкого), который подписал мир с крымским ханом и "обновил" договор с османами. На Валахию наехало "нещислимое полчище" турок, с которыми Михай с помощью секеев бился до 1597 года, причем "перемога" наступила не сразу.

С секеями тоже не срослось - Жигмонд кинул их по всем обещаниям, они восстали и пришлось их "жестоко подавить".

В общем, к 1597 году всё стало так плохо, что князь упал духом и заключил с императором Рудольфом Габсбургом 25 декабря договор, по которому "обменивал" Трансильванию на княжество Ополе в Силезии (имперское, то бишь пан Жигмонд становился фюрстом СРИГН) с солидной компенсацией. Так что в 1598 году к мадьярам, секеям и сасам пришли "восточные немцы" и расположились по-хозяйски.

Однако император Рудольф проявил недальновидное скупердяйство, "зажав" компенсацию. Теперь уже герцог Сигизмунд Баторий Опольский обиделся, прокрался летом 1598 года на родину предков, снова захватил там власть и целый год, до весны 1599-го, успешно отпихивался от турок и австрийцев. Но нельзя бесконечно воевать против всех, нужен был компромисс. И Жигмонд официально передал княжеский трон своему двоюродному брату, кардиналу Андрашу Батори. Андраш, помимо того, что являлся гранд-мастером ордена Дракона (то бишь Дракула), был еще епископом Вармийским, то есть подданным круля Жечи, что обеспечивало поддержку с севера и с востока, где всё еще сидел в Молдове польский ставленник Могила. Удовлетворил новый князь и османов, поскольку поспешил с ними замириться.

Но на такой фармазон не пошли уже австрийцы и мунтяны с олтянами (валахи) - Михай Храбрый принес Рудольфу вассальную присягу за Трансильванию, и имперская армия во главе с прославившимся во Фландрии (под командой самого Алессандро Фарнезе) генералом Джорджио Бастой вошла в княжество и с помощью валашских войск разбила 28 октября 1599 года Андраша Батори, причем сам князь-кардинал был убит несколько дней спустя злобными секеями, которые не забыли "кидка" Жигмонда и присоединились к Михаю.

Так князем Трансильвании стал валашский господарь, который в следующем 1600 году захватил и Молдову, выгнав Иеремию Могилу, и торжественно стал зваться "господарем Валахии, Трансильвании и всей Молдовской земли"...

Кто с утра князь?

Однако ж единый правитель православных румын - это было как раз то, чего никак не могла себе позволить Жечь Посполита.

Сперва круль Сигизмунд дал казаков (украинских) и шляхту Жигмонду Батори, но того Михай побил в 1600 под Сучавой. Тогда осенью того же года на Молдову наехали уже "польские поляки" гетмана Яна Замойски, которые побили михайцев и вернули Иеремию Могилу (или, как его произносили "кляти румынци", Мовилу). Хуже того - ляхи не остановились и выпилили Храброго и из Валахии тоже, посадив там Симеона Могилу-Мовилу (брата Иеремии). Михай остался с Трансильванией, но тутошняя шляхта решила, что князь-православный не есть труЪ, и в феврале 1601 года выгнала его нафиг, вернув на княжение Жигмонда Батори.

Бывший "всерумынский государь", а теперь голодраный оборванец Михай отправился "по приютам скитаться" в Вену, где выклянчил у императора Рудольфа "на второй разик" армию с Джорджио Бастой, чтобы "поколотить поганого Батори". 3 августа 1601 года австрийцы побили Жигмонда. Но у Рудольфа и Басты был свой "коварный европейский политИк" - 9 августа 1601 года австрийцы убили Михая Храброго и сами завладели Трансильванией. В 1602 году вернулся Жигмонд Батори, но "ненадолго, вещи собрать" - он подписал полное отречение и окончательно сгинул в Прагу, где и умер в 1613 году, 36 лет от роду. Детей у него не было, ибо жену Марию Кристину еще будучи князем он прогнал из-за обвинений в измене... с Джорджио Бастой.

Наместником императора в Трансильвании стал генерал Баста. Но его отличительной чертой, которая прославила в войнах с турками (Басту прозвали "Террор османов"), но с каковой было трудно в мирной жизни, была жестокая кровожадность и кровожадная жестокость. Терпела шляхта его только до 1603 года, когда бывший командир Батори, Мозес Шекели, поднял восстание с помощью присланных османами крымских татар, разбил Басту и выгнал вон. И, естественно, провозгласил себя новым князем Трансильвании.

Но татары оказались плохими парнями, хуже даже австрийцев, и скоро шляхтяне с помощью нового господаря Валахии Раду Х Щербана, союзника Габсбургов, побили Шекели 17 июля 1603 году в битве при Брашове, в которой князь-самозванец погиб. Два месяца князем считался Щербан, но потом он свалил в свою Валахию, а Трансильвания снова досталась Басте.

Тут шляхта почесала репу и увидела - народу за год поубивало много, а ничего нафиг не изменилось, как сидел Баста, так и сидит! А тут еще император Рудольф затеял отменить старые венгерские шляхтянские вольности и похерить нафиг всю религиозную толерантность, вбив себе в голову, что в его империи жить будут только католики, а все остальные пусть что хотят, то и делают.

В общем, притекли возмущенные сасы и секеи (вкупе с мадьярами) к бывшему канцлеру Жигмонда Батори, умному человеку Иштвану Бочкаи, и уломали его стать новым князем. А с австрийцами поступили по рецепту Шекели - позвали турок и вломили им в 1604 году под Альмошди, и в 1605 году, так что они убрались восвояси. Султан Ахмед I даже прислал Бочкаи королевскую корону (где-то в Персии надыбали "типа похожую"), но тот засмущался и крулем не стал. Зато воспользовался смутой между Рудольфом и его братом Матиасом, которые поделили империю и власть, и подписал с последним Венский мир, закончив долгую уже войну.

Наконец-то Трансильвания заключила мир и с турком, и с Габсбургом, перестала воевать и наслаждалась миром и процветанием. Но, как известно, всё хорошее быстро кончается - в результате дворцовых интриг Иштван Бочкаи был отравлен собственным канцлером Михаем Котеем 29 декабря 1606 года. Возмущенные поселяне разодрали отравителя на площади, но сделанного не воротишь - страна опять была без князя...

Власть хайдучья

После смерти Иштвана Бочкаи собрался трансильванский сейм - верхушка мадьяр, секеев и сасов решала, кого выбрать князем. Кандидатов было три.

Первый - двоюродный брат бывшего князя Жигмонда, Габор Батори, служивший у Бочкаи одним из командиров войска; но его шляхта не хотела, чтобы снова не устанавливать в стране "наследственную власть".

Второй - молодой мадьярский дворянин Балинт Хоммонаи Другет, тоже войсковой командир, любимец Бочкаи, который "даже как бы вроде" назвал его, умирая, преемником; но его поддерживали османы, а шляхта, опять-таки, не хотела "навязанного" князя.

И потому сейм выбрал 9 февраля 1607 года худородного мадьяра Жигмонда Ракоци (Ракоши), который при Бочкаи управлял "госимуществом" и казенными поместьями - у него был административный опыт, знания, связи, зато не было влиятельных забугорных покровителей.

И Ракоци подтвердил репутацию "эффективного менеджера", решая проблемы с помощью дипломатии и переговоров, а не силы. Ему удалось заключить союз с "альтернативным императором" Матиасом Габсбургом, нейтрализовав угрозу со стороны Рудольфа, который поддерживал Другета. Сам Коммонаи попытался прокрасться из Порты, где существовал до выборов, но после взятки от Ракоци "внезапно передумал" и уехал в Стамбул. Правда, там он начал склонять визиря к походу на Трансильванию, но тот (тоже на деньги Ракоци?) воевать не захотел.

Беда пришла не извне, а изнутри. Бочкаи за время своего правления создал "новую армию" - гайдуков, отряды из беглых крестьян и австрийских дезертиров, которые получали "служилый статус", привилегии и жалованье. Пока шли войны, их удавалось "кормить" за счет добычи, но во время мира у княжества таких сумм в казне просто не было. Гайдуки подняли бузу, требовали выплатить долги и заявили турецкому паше в Пеште, что никакого мира не допустят, пока с ними не рассчитаются. Они даже предложили Другету провозгласить его венгерским королем, но тот не решился так сильно пугать своих османских и австрийских друзей и от встречи с представителями "хайдучества" уклонился.

Ситуацией воспользовался Габор Батори, который хорошо знал командиров гайдуков и предложил им уговор - они поддержат его, а взамен он заплатит долги, обещает всякие послабления и привилегии протестантам (их среди гайдуков было много), а также даст им земли для обзаведения хозяйством и доходом. Гайдуки согласились, и князь Жигмонд оказался перед трудным выбором - либо пытаться сражаться с Батори с непредсказуемым результатом, обрекая страну на гражданскую войну, либо мирно уйти в сторону. Ракоци выбрал последнее и 7 марта 1608 года отрекся от княжеского достоинства.

Придя к власти, князь Габор вынужден был срочно придумать войну, чтобы заплатить из добычи гайдукам. Наехать решено было на валашского господаря Раду Х Щербана, хотя он подписывал мирные договора и с Бочкаи, и с Ракоци. Как предлог Батори использовал "права" сына Иеремии Могилы, Константина, на валашский стол, и заключил союз с регентшей Молдовы Домной Эржбетой Могилой, матерью Константина.

Но тут вмешался сейм - не фиг с соседями "за ни про что" воевать! Представители сословий разрешили только, чтобы господари Молдовы и Валахии подписали вассальные присяги князю Трансильвании, что те быстренько и сделали.

Но воевать-то было очень надо...

Как найти проблем

Проблему с гайдуками в конце концов Габору Батори помог решить Матиас Габсбург, который из-за конфликта с братом Рудольфом собирал войска - "альтернативный император" согласился нанять 6000 гайдуков (а всего их было 9000, то есть князю Габору осталось только 3000). Гайдуки получили гарантию признания себя как особого служилого сословия, навроде секеев-секлеров (что для беглых крепостных и прочих бывших дезертиров было важно), Батори принес Матиасу вассальную присягу как королю Венгрии, а Габсбург признал его князем Трансильвании. Всеобщий мир, дружба и лепота...

Однако Габор Батори не был из  тех людей, которые живут мирно и спокойно. Во-первых, он был протестантом, причем ренегатом - в детстве после смерти отца и матери его опекун "перекрестил" мальчика-католика в кальвинисты - что, конечно же, нравилось далеко не всем. Во-вторых, он был пьяницей, гулякой и бабником, причем любил в основном жен своих придворных, каковые (придворные) этому тоже очень не радовались. В третьих, в богатых горожанах он видел не основу процветания княжества, а источник доходов, который принялся давить налогами, в том числе и на содержание войска - князь упрямо готовился к войне с Валахией.

Всё это привело к тому, что в 1610 году против его "художеств" возник заговор во главе с канцлером княжества Иштваном Кенди и главным капитаном секеев (руководителем их войска) Болдижаром Корнисом - первый переживал за экономику страны, второй ревновал князя к собственной жене. Когда Габор гостил в замке у Кенди, тот подослал к нему наемного убийцу, который, однако, прямо в комнате князя "чудесно раскаялся". Корниса схватили и казнили, Кенди сбежал, а дальнейшего расследования князь не делал - то ли боялся "зацепить" слишком много влиятельных врагов, то ли по беспечности. Новым генеральным капитаном секеев был назначен Габор Бетлен.

После покушения Батори затеял две вещи сразу, которые, наверное, следовало делать по очереди - решил наехать на сасов, потряся их мошну, и воевать с Валахией. Для выполнения первого пункта гениального плана князь перенес столицу из Алба Юлии в Германштадт, обременив бюргеров, естественно, сильно пищавших и кричавших, расходами на содержание двора и прочими поборами. А в декабре 1610 года трансильванские войска вторглись в Валахию. Раду Х Щербан бежал без боя, и Габора Батори торжественно провозгласилси валашским господарем.

Однако для такого фармазона нехорошего поступка требовалось разрешение Турции, сюзерена румынского княжества. Батори отправил послов в Стамбул с объяснениями, что он на самом деле спасал Валахию для султана, и обещаниями пойти на Жечь Посполиту и отвоевать себе "престол своего двоюродного деда Иштвана", приведя и эту страну к покорности великому султану. Великий султан в ответ покачал головой и высказался в духе "всё это прелестно и хорошо, только из Валахии иди давай!". И Батори пришлось, несолоно хлебавши, уйти восвояси, а новым господарем стал Раду Михня, присланный из Стамбула. Более того - османы из Венгрии вторглись в Трансильванию и выгнали с их наделов гайдуков, которые снова сбежались к князю Габору и начали громко орать "Шайбу, шайбу! Денег, денег!".

Батори захотел решить одну проблему с помощью другой и отправил гайдуцкие отряды "на кормление" в Кронштадт, за счет сасов. Но те "выставили козу" и никого в город не пустили, а когда озверевшая солдатня пошла на штурм, то отбили его и прогнали гайдуков. Хуже того - в Валахию вернулся Щербан, с которым сасы заключили союз, после чего "румынец" вторгся в Трансильванию и сильно поколотил Батори, вынудив его бежать в Германштадт.

Тут появились еще одни "действующие лица" - мадьяры из капитанства Верхняя Венгрия (капитанства - военные округа, которые Габсбурги создавали на границе с османами) под командой Жигмонда Форгача, которые в сентябре 1611 года осадили Германштадт по просьбе выступивших против Батори венгерских магнатов.

Габора Батори вот-вот возьмут за промежду ног...

Высокая культура быта

Итак, в 1611 году Габор Батори был осажден в Германштадте генерал-капитаном Верхней Венгрии Жигмондом Форгачем. Спасать его особо было некому, и князь решил пойти на отчаянный шаг - попросил помощи у османов. Как уж он их убедил, что за все свои прошлые гадости и пакости достоин того, чтобы ему подали руку помощи - великая тайна, но турки из Венгрии выслали войска, которые прогнали Форгача восвояси. Батори был временно спасен и отправил в Стамбул с изъявлениями благодарности посла Андраша Гичи. Однако коварный посланник оказался "пятой колонной", который принялся уговаривать султана Ахмеда I свергнуть непопулярного князя, поставить князем его, Гичи, за что он передаст две пограничные крепости и увеличит выплаты по вассальному договору. Султан сказал "ну ладно", и Гичи вернулся в Трансильванию "сеять смуту" и тайно добиваться свержения Батори.

А князь "Я-Сегодня-Не-Такой-Как-Вчера" уже совершил новый "финт ушами". Он собрал сейм, на котором убедил сословия Трансильвании разорвать договор с Портой и вступить в союз с Габсбургами, каковой и был подписан в апреле 1613 года. Лидер несогласной оппозиции Габор Бетлен сбежал к османам, получил фирман на княжение и в августе 1613 года вторгся в Трансильванию во главе турок, валахов и татар. Сейм Трансильвании поспешил признать 23 октября его новым князем, а Батори объявили "предателем и нехорошим человеком". Реакция его на послание сейма неизвестна - 27 октября князь Габор Батори был убит подосланными Гичи гайдуками.

Новый князь опять был протестантом, служившим ранее Жигмонду Батори и Иштвану Бочкаи. После смерти своего предшественника Бетлен смог добиться быстрого и относительно безболезненного вывода из страны поставившего его на княжение османского войска, затем арестовал и казнил убийц  Батори во главе с Андрашем Гичи - "ибо нефиг", так что в княжестве наконец снова воцарились мир, процветание и благоухание в воздусях.

Первый период правления Бетлен решил посвятить устройству внутренних дел. Он смог реформировать финансы княжества таким образом, что после его смерти (и после нескольких лет больших военных походов) в казне оставалась фантастическая по тем временам сумма - миллион форинтов. Также разобрался князь с геморройными гайдуками, сформировав из них и секеев новую регулярную армию (поскольку деньги были, "старых" проблем с ее содержанием больше не было).

Ну и особо старался князь Габор превратить свою столицу Дьюлафехервар (Албу Юлию) в "город высокой культуры быта". Поскольку князь был протестант, к нему со всей Европы приезжали гонимые католиками художники, музыканты, писатели и ученые, благодаря которым "процвели науки и искусства", устраивались балы, театры и концерты. В 1622 году в Дьюлафехерваре был создан протестантский колледж с профессорами из Германии.

Однако главной заботой Бетлена всегда была внешняя политика. Несмотря на то, что османы посадили его на княжеский стол, он начал тяготиться "бусурманским ярмом" и в начале 1615 года заключил договор с императором Матиасом, по которому Габсбург признавал Бетлена князем Трансильвании, и они вместе намеренвались напасть на османов. Однако в Вене вскоре победила при дворе партия герцога Фердинанда Штирийского (за которого был брат императора, эрцгерцог Максимилиан), ярого католика, не желавшего иметь дела с "этими еретиками", и австрийцы летом того же 1615 года подписали мир с Портой и натравили на Трансильванию нового генерал-капитана Верхней Венгрии, ренегата Дьёрдя Другета, совершившего несколько лихих, но не очень эффективных набегов. А в 1618 году Фердинанд был коронован королем Венгрии.

Однако хорохориться Габсбургам оставалось недолго - буквально в этом же 1618 году разразились одновременно (ну, это стало ясно намного позднее, но всё же) Чешское восстание и Тридцатилетняя война...

Легионы Мордора Гондора

Разразившееся в Богемии восстание протестантов-сепаратистов Габор Бетлен решил использовать для двух своих корыстных целей - ради торжества протестантской справедливости над католической несправедливостью и чтобы стать королем Венгрии.

В августе 1619 года трансильванские полки захватывают у Габсбургов город Кошице (Касса, Кашау), а потом и практически всю Словакию, включая и ее столицу Пресбург (Братиславу), в котором Бетлен подписал союзный договор с лидером богемских повстанцев Иржи (Генрихом) Матиашем (Маттиасом) фон Турном. Новоиспеченные союзники даже собрались в поход на Вену, но габсбургский генерал Карл Бонавентура фон Бюкуа вторгся в Трансильванию, и Бетлену пришлось "отвлекаться" на то, чтобы его оттуда выгнать. Кампания прошла успешно - трансильванцы не только отбились от захватчиков, но и захватили солидные куски земли в Венгрии. После чего начались переговоры с Габсбургами о мире, но из-за того, что Бетлен настаивал на включении богемцев и Турна в них как третьей стороны, австрийцы мириться не согласились, и заключили всего лишь перемирие с января 1620 года по сентябрь. По его условиям трансильванский князь удержал за собой 13 венгерских комитатов (Словакию и часть восточной Венгрии).

25 августа 1620 года с одобрения османов Бетлен короновался как король Венгрии Габриэль I (корона святого Иштвана была у него уже с прошлого года - она хранилась в Братиславе и досталась трансильванцам как трофей), а в октябре, после истечения срока перемирия с австрицами, отправил войска в Богемию для поддержки Турна. Однако, как известно, они опоздали - 8 ноября объединенные силы чешско-немецких протестантов под командой герцога Христиана Анхальтского были вдрызг разбиты войсками Католической лиги во главе с курфюрстом Максимилианом Баварским у Белой Горы. Богемское восстание было жестоко подавлено, и Бетлен оказался лицом к лицу с победившим оскалом габсбургско-католического империализма...

Пришлось мириться. 31 декабря 1621 года был подписан Никольсбургский (Микуловский) мир, по условиям которого Бетлен таки отказывался от венгерской короны, зато получал почти всю Словакию, Закарпатье, часть Венгрии и герцогства Оппельн (Ополе) и Ратибор (Рацибуж) в Силезии. Но "душа просила" праздника корону св. Иштвана, и никакие силы протестантского ада не могли отвратить Бетлена от жажды ею овладеть. В августе 1623 - мае 1624 года трансильванские войска снова вторглись во владения Габсбургов, и Бетлену даже удалось разбить имперского генерала Альбрехта Вальдштайна в сражении у Годонина. Но у союзника князя Габора, бывшего богемского короля и курфюрста Пфальца Фридриха, дела складывались на Рейне совсем печально, и обещанной помощи он оказать не смог. Пришлось снова мириться - в Вене был подписан договор, повторивший условия Никольсбургского (за исключением того, что одну некую венгерскую "маетность" обменяли на другую).

Ситуация повторилась в 1626 году - "легионы тьмы света" из Трансильвании вторглись в Венгрию, поколотили 30 сентября всё того же Вальштайна у Дрегейпаланки, но из-за "общей ситуации на фронтах коалиции" Бетлену опять пришлось мириться с Габсбургами. 30 декабря 1626 года был подписан Пресбургский (Пожоньский) мир, подтвердивший условия Никольсбургского и Венского.

Тем временем князь, достигший уже 46 лет, решил, что пришла бы уже пора и жениться (у него была уже жена, Жужанна Карольи, но она умерла, как и трое детей от нее). Да ни на ком-нибудь, а на дочери курфюрста Бранденбургского Катарине (из честной протестантской семьи), чтобы "крепить союз мирового протестантства". Кстати, до Бетлена отец отказал другому жениху - царю Михаилу Романову (ну, у русских царей всегда было твердое, но непрактичное условие требовать перехода невест в православие). 2 марта 1626 года в Кошице сыграли свадьбу, и в том же году сейм признал 24-летнюю Катарину наследницей Бетлена (ну, пока (если) не родит детей), что было предусмотрительно, ибо детей так и не родилось. А Бетлен снова погрузился в пучины "коварной восточно-европейской политики" - заключил  в 1628 году союз с господарем Молдовы Мироном Мовилой (Могилой) и, нисколько не смущаясь нежных чувств царя Михаила, отправил в Москву посольство договариваться о том же самом.

Князь изо всех сил готовился к "последнему броску на Вену и торжеству протестантизма над папизмом"...

Семейные ценности

Человек, как известно, предполагает, а бога, чтобы его расположить, нету - 15 ноября 1629 года в разгар всех своих приготовлений к очередным великим делам Габор Бетлен умер в Алба Юлии.

Инерция обустроенного им в княжестве порядка еще сохранялась, и правление перешло к его заранее назначенной наследнице - жене Катарине Бранденбургской. Даже османы против этого не возражали, проявив поразительное женолюбие. Но не прошло и года, как оказалось, что женщина она не из тех, которые умеют управляться с кучей злобных мужиков. Во-первых, праведная дочь столпа лютеранской веры, курфюрста Бранденбурга, оказалась заражена симпатией к поганому папизму (потом, в итоге, она таки "перекрестится"), а во-вторых, завела себе фаворита, да не старого какого-нибудь умного дядьку, который знал бы, как крутить колеса государственной машины, а довольно предсказуемо и неумно - молодого 26-летнего смазливого графа Иштвана Чаки. Так что княгиня выпустила из рук "нити управления государством", за что 28 сентября 1630 года сейм попросил ее место совободить, чтобы посадить туда кого поумнее и попредставительнее.

Реальных кандидатов было двое: Дьёрдь, сын бывшего князя Жигмонда Ракоци, и Иштван, брат усопшего Габора Бетлена, который с января 1630 года уже носил титул регента княжества. Попытка решить дело с помощью "османско-третейского суда" натолкнулась на непрошибаемую восточную мудрость - султан прислал два фирмана обоим кандидатам, и "пусть победит сильнейший". Катарина собрала остатки влияния и убедила сейм выбрать князем деверя. Но править Иштвану Бетлену пришлось всего 60 дней, потому что единственная реальная воинская сила в стране, гайдуки и секеи, склонились на сторону Ракоци, и 26 ноября князь Иштван подписал отречение от престола. 1 декабря 1630 года новым князем Трансильвании был избран Дьёрдь I Ракоци.

Новый князь первым делом озаботился тем, что семья Бетленов хоть и лишилась власти, но совсем не имущества и влияния. Добраться до Иштвана в его поместьях в турецкой Венгрии было трудновато, и Дьёрдь решил отыграться на "бедной вдове". Он отнял у нее оставленный по завещанию Бетлена замок Фэгэраш и заставил "легитимизировать" свою династию, официально усыновив его сына (будущего Дьёрдя II), а уже потом отпустил в ее поместья в Венгрии. За Иштваном Бетленом же оставалось только следить, ибо он затаился и ждал удобного случая подгадить.

Новый князь тоже был протестантом-кальвинистом (Трансильвания со времен Жигмонда Батори превратилась-таки в "оплот заразы", терзающий честную католическо-габсбургскую часть Венгрии), деятельно участвовал в походах Габора Бетлена, потому особых перемен в "векторах внешней политики" не случилось - продолжилась линия на поддержку протестансткой оппозиции среди мадьяр с претензией на венгерскую корону и конфронтацию с Габсбургами. Но сперва пришлось разбираться с османами - в 1636 году у князя вышел конфликт с пашой Буды по поводу денег, которые Ракоци отказался платить. Этим воспользовался Иштван Бетлен и предложил паше себя на место строптивого вассала. Объединенные силы турок и Бетлена вторглись в Трансильнанию, но были разбиты князем у Надьшалонта (Салонты), после чего паша и Ракоци подписали мир, а Бетлен убрался восвояси, в свои венгерские поместья.

Во внутренней политике Дьёрдь I делал вещи непопулярные - увеличивал всякие налоги и сборы, отнимал у магнатов поместья, централизуя землю и доходы в своих руках. А еще добился от сейма признания своего сына Дьёрдя наследником еще при своей жизни, продолжив, впрочем, традицию, начатую Габором Бетленом.

В 1644 году Ракоци решил, что пришла пора вмешаться в Тридцатилетнюю войну.

Шведы и французы били австрийцев во всяких разных местах, дело уже шло к окончанию истощившей все стороны войны, поэтому поход трансильванских войск стал очень неудобной "вилкой в бок". Несмотря на то, что "ярко выраженных успехов" Ракоци не добился, просто оккупировав и разорив определенную территорию, Габсбурги предложили ему мирный договор, который и был заключен в 1645 году в Линце. Австрийцы обязались гарантировать протестантам свободу вероисповедания в Венгрии, вернуть им все отнятые у них церкви, а лично Ракоци получил шесть венгерских комитатов в пожизненное личное владение, а также титул имперского фюрста для себя и своих потомков.

Так что когда Дьёрдь I отдал богу душу 11 сентября 1648 года в Алба Юлии, его сыну Дьёрдю II досталось сильное, авторитетное, процветающее государство - региональный лидер в Восточной Европе...

Чардаш Монти

Не все знают, что Монти - это не чардаш, а композитор, который сочинил его самый известный вариант. Отличается и сей танец вообще, и вариант Монти в частности медленным мелодичным вступлением и бешенным энергичным финалом. Вот таким и стало для Трансильвании правление князя Дьёрдя II Ракоци.

Еще при жизни отца 19 февраля 1642 года 21-летний Дьёрдь был утвержден сеймом как наследник княжества. В 1643 году он женился на единственной наследнице рода Батори Софии, которую его злобная мама (а для Софы - свекровина!) заставила перейти из католичества в кальвинизм. Когда же папа Дьёрдь умер в 1648 году, против того, чтобы его сын унаследовал княжеский престол, были только обострившиеся османы, которым пришлось обещать увеличение дани.

Владыка Трансильвании сначала решил стать мудрым и просвещенным, и призвал в свои палестины великого  уже тогда (и что характерно, при жизни) педагога Яна Амоса Коменски, которого, как "моравского брата", то бишь протестанта, снова начали притеснять узколобые габсбургские "католиканутые". Светило должен был реформировать школьную систему княжества, и занятия по новой системе даже начались в одном из городов.

Но тут Дьёрдь II решил, что быть просвещенным, но спокойным скучно, и надо срочно кого-нибудь победить. Габсбургов еще при Бетлене и при его папе загнали под лавку, где они зализывали раны от Тридцатилетней войны, и потому единственными кандидатами остались османы.

Но князь не был глуп, и решил сперва сколотить "конфедерацию" из Трансильвании, Валахии и Молдовы, чтобы встать супротив супостата единым фронтом. Валашский господарь Матей I Басараб был совсем не против, и они подписали в 1651 году договор об оборонительном союзе. Но вот молдавский господарь Василе Лупу(л) входить в "дунайскую антанту" не стал - он давно уже обхаживал османов, чтобы посадить в Валахии своего сына Иона. Тогда объединенные трансильванско-валашские рати в 1652 году вторглись в Молдову, выгнали Лупу и сделали господарем лидера коллаборационистов Георге Штефана.

Однако на этом ничего не закончилось, а лишь началось. Союзником беглого Лупу был гетман Украины Богдан Зиновий Хмельницкий, который женил старшего сына Тимоша на его дочери Руксандре. Посему 12 000 злобных козаков вошли в Молдову во главе с Тимошем Хмельницким, к ним присоединились "лупуляне", которые разбили Штефана, восстановили Лупу, а потом вторглись в Валахию. Но там 27 мая 1653 года в битве при Финте Басараб вместе с трансильванцами разбил молдавано-украинцев (часть "лупулян" предала Василе и перебежала на сторону Штефана). Тимош Хмельницкий погиб 25 сентября 1653 года в крепости Сучава, а Лупу бежал в Крым, где впал в ничтожество и умер. Господарем Молдовы снова стал Георге Штефан.

Вроде бы, пришло время осуществить великую идею сбрасывания османского ига. Но в 1654 году Матей Басараб умер, а Георге Штефан вынужден был подавлять восстание наемных солдат-сейменов, а потом начал через Хмельницкого переговоры с Россией о передаче в ее подданство. Да и сам Дьёрдь II к идее подраться с османами уже охладел - у него возник новый план.

В 1655 году началась война Швеции с Жечью Посполитой, и скандинавЦы очень быстро привели противника в весьма жалкое состояние. Тогда трансильванец решил, что пришло время добить умирающего зверя - заключить союз со шведами и вырвать для себя корону Жечи. Для чего сгодился и бывший противник - к 25 000 немцев, мадьяр и секеев, набранных Ракоци для "великого похода", присоединились 10 000 козаков во главе с Антоном Ждановичем - Хмельницкий предпочел забыть о смерти Тимоша ради окончательного торжества над "польской гнидой".

Ракоци вторгся в Жечь и 29 марта 1657 года торжественно вступил в Краков...

Чардаш Монти (финал)

12 апреля 1657 года войска Дьёрдя II Ракоци соединились с армией шведского короля Карла Х. Объединенные рати победоносно проследовали через Люблин и Брест на Варшаву, каковую и взяли. Однако там пришлось разделиться - шведы пошли на север, а Ракоци со Ждановичем решили отойти на Волынь. Круль Ян Казимир наслал на них войско во главе со злобным и энергичным Стефаном Чарнецки, и у Меджибожа козаки решили, что "с них хватит", и свалили обратно в Украину. С остатками воинства трансильванский князь был оружен ляхами и лыцвинами у Черного Камня, где 22 июля вынужден был подписать капитуляцию, по которой отказывался от претензий на трон Жечи Посполитой и обязался убраться восвояси, да еще и обещал контрибуцию выплатить.

Однако уходящее воинство Дьёрдя II привлекло внимание других "фигурантов" - у Скалата его окружили татарские орды хана Мухаммеда Гирея. Сам князь бросил соратников и с 400 спутников прорвался в Трансильванию, войско же под командой Яноша Кемени еще пыталось сопротивляться и только в конце лета его остатки (11 000 человек) сдались татарам в плен.

Такой оглушительный провал не мог не остаться без последствий - в ноябре 1657 года собрался сейм, который рассмотрел жалобу османского султана на то, что поход в Польшу был предпринят совсем без его согласия и одобрения, и решил "с доводами согласиться", низложив Дьёрдя II с княжеского трона. Новым правителем был выбран муж дочери Габора Бетлена, Ференц Редеи. Ракоци даже заключил с ним соглашение, что "тихо-мирно" уйдет в свои венгерские поместья. Но 9 января 1658 года Редеи внезапно осознал, что все военные силы княжества - секеи, гайдуки и наемники - подчиняются не ему, а Дьёрдю II, который "пришел и оформил" свое возвращение.

Османы не успокоились и пролоббировали избрание 14 сентября 1658 года нового князя - Акоша Барчаи, в октябре в княжество вошли для его поддержки турецкие войска. С Барчаи турки требовали в качестве "компенсации" огромную дань, и тому пришлось поехать к паше в Буду, чтобы договориться о ней и о новых подкреплениях. В его отсутствие 27 сентября 1659 года Ракоци вторгся в Трансильванию и "выбрал" себя в третий раз князем. Однако ситуация продолжала оставаться тупиковой - османы всерьез решили, что Ракоци князем Трансильвании не будет. Попытки его поддержать Константина Щербана в стремлениях захватить господарский престол в Валахии успехом не увенчались, и весной 1660 года османы вторглись в княжество с очередной армией.

Энергичный финал чардаша случился в мае 1660 года в сражении при Гилэу. Объединенное турецко-татарско-валашско-молдавское войско разбило отряды Дьёрдя II Ракоци. Князь был тяжело ранен и умер 7 июня 1660 года в Надьвараде (Ораде). Правление, начатое со школьной реформы Яна Коменски, завершилось довольно-таки бесславно...

Между бесом и шайтаном

После смерти Дьёрдя II Ракоци князем Трансильвании опять стал Акош Барчаи. Но править ему опять пришлось только год - в январе 1661 года бывшее войско Ракоци провозгласило князем полководца Яноша Кемени, участника похода в Польшу, долгое время проведшего затем в татарском плену. В августе 1661 года сторонникам Кемени удалось схватить Барчаи, и тот был убит по приказу нового князя.

Естественно, такое развитие событий не понравилось османам, и уже 14 сентября протурецкая партия выбрала очередного претендента - захудалого дворянина Михая I Апафи (или Михая Апафи I), причем даже против его воли. Кемени обратился за поддержкой к Габсбургам, и в 1662 году австрийские войска вторглись в Трансильванию. Решающее сражение произошло 23 января 1662 года при Надь-Селлеше (Виноградов в Закарпатье), в котором Кемени был убит, а его сторонники потерпели поражение.

Новый князь был, по уже сложившейся традиции, протестантом, но главной его проблемой стала большая дань, наложеная на Трансильванию победившими османами. До кучи еще и турецкие войска болтались по княжеству туда и сюда, но, к счастью, это закончилось в 1664 году, когда после поражения при Сент-Готарде они заключили мир с австрийцами. Для выплаты дани пришлось поднимать налоги, что не способствовало всеобщему счастью и популярности самого Апафи. Да и сам Михай I не принадлежал к породе мужчин, называемых "орлами". На его счастье он имел замечательную супругу, Анну Борнемисцу, которая не только его любила (когда Апафи попал в плен во время похода Ракоци на Польшу, Анна собрала 12 000 крон выкупа), но и была очень авторитетной, умной и хозяйственной женщиной (сохранились ее поваренная книга и опись хозяйственных расходов, ставшие весьма ценными источниками для изучения повседневной жизни венгерской знати XVII века). Борнемисца и держала в своих руках управление страной, пока у нее не появился ценный помощник.

В 1670 году в габсбургской Венгрии случился так называемый "Заговор магнатов" (или заговор Зриньи-Франкопана) - часть хорватской и мадьярской знати попыталась восстать против императора Леопольда I и добиться независимости Венгерского королевства. Они искали поддержки во Франции и в Турции, но их планы были раскрыты, и участников заговора ждала жестокая расправа. Многие дворяне и простые участники смуты сбежали в Трансильванию, в том числе и Михай Телеки, бывший офицер в войсках Ракоци. Благодаря связям в среде бывших заговорщиков, которые почти сразу начали партизанскую войну в австрийской Венгрии (с 1672 года, положив начало движению "куруцев"), Телеки стал канцлером (главой внешних сношений) Трансильвании и вдохновителем внешней политики Михая I, направленной на поддержку куруцев.

В 1678 году события достигли кульминации - куруцы, державшие кусок Венгрии и рассчитывающие на помощь Франции и османов, провозгласили Телеки своим вождем, а Апафи объявил Габсбургам войну. Правда, вконец потерявшие стыд и совесть османы поставили жесткое условие - все завоеванные земли безаговорочно присоединяются к Высокой Порте, и обсуждать тут нечего. Впрочем, обсуждать ничего и не пришлось - ни французы, ни поляки больших отрядов не прислали, и "великое куруце-франко-польско-трансильванское войско" при первых же движениях австрийской армии отступило в Трансильванию, а передравшиеся друг с другом вожди повстанцев "отказали в доверии" Телеки.

Борнемисца и Телеки продолжали править страной от имени князя Михая, пока новые пертурбации не случились в 1683 году. Османы пошли в "великий полумесяцовый поход" на Вену, сильно огребли под ней и очень далеко бежали потом. Апафи, который по замыслу турок должен был "стоять на стрёме" на переправах через Дунай, решил, что это совсем не его война, и впустил австрийские войска генерала Караффы в княжество - немцы расположили гарнизоны в Клаузенбурге, Германштадте и Дэве. В итоге по ряду договоров в 1686-1688 годов Габсбурги были признаны сюзеренами княжества как короли Венгрии. Османам был дан полный "отлуп".

В 1688 году умерла Анна Борнемисца, и Михай I впал в алкоголическую депрессию, вообще перестав обращать внимание на дела в государстве. 15 апреля 1690 года от такой жизни он и скончался в Фэгэраше всего-то в возрасте 57 лет...

Как сгинела Трансильванска

У Михая I Апафи и его драгоценной сердцу Борнемисцы таки остался один сын, который смог пережить тяжелое детство - Михай II Апафи (или Михай Апафи II). Было ему в 1690 году 14 лет, и еще при жизни отца османы признавали его наследником престола. Правда, было это до того, как Апафи-отец перебежал на сторону австрийцев - зато после этого права сына признали Габсбурги. В общем, сословия Трансильвании утвердили отрока князем.

Правда, Высокая Порта на тот момент свое мнение уже радикально поменяла. Османы, все еще находившиеся в состоянии "великой и священной войны" с Австрией, решили силой поставить в пограничном княжестве своего клеврета - лидера венгерских повстанцев-куруцев Имре Тёкёли, продолжавшего с 1670-х годов свой личный "джихад" против империи Габсбургов. Он с турецким войском вторгся в Трансильванию, разбил 21 августа 1690 года австрийского генерала Хайсслера при Зернеште и 20 сентября провозгласил себя князем. Однако "недолго  музыка играла" - новые австрийские войска под командой знаменитого Людвига Баденского разбили армию самозванца и выгнали его вместе с османами из Трансильвании.

Воспользовавшись тем, что юный Михай II и формально-то еще совершеннолетним не был, император Леопольд установил в Трансильвании "особый режим" - управление страной было передано в особой коллегии из 12 им назначеных магнатов во главе с графом Дьёрдем Банффи. Правда, у княжества всё еще оставалось много всякой автономии и прав, особенно при сравнении с той частью Венгрии, которая управлялась Габсбургами непосредственно. Самое главное - набив кучу шишек, австрийцы перестали настаивать на "смерти всем еретикам!" и оставили в покое свободу вероисповедания (князь-то оставался протестантом - куда это засунешь). Ну а сам Михай переехал на ПМЖ в Вену, ко двору.

Впрочем, там юноша стал "наделывать глупостей" - вопреки воле императора тайно обвенчался с Катариной Бетлен, что вынудило его в 1695 году бежать в Трансильванию, поднять своих сторонников и начать "мутить бузу" вплоть до "а мы переметнемся к турку, как отцы наши делали!". Но времена Габора Бетлена или Дьёрдя Ракоци давно закончились - в 1696 году не в меру буйного передоросля арестовали и выслали в Вену, где император "понял, простил", дал титул имперского князя и оставил на добровольно-принудительное ПМЖ. А от княжеского титула Михай II Апафи отрекся 19 апреля 1697 года. С тех пор правителями Трансильвании стали императоры Габсбурги.

Правда, в 1704-1711 году в последний раз "заря свободы" поблестела над этим княжеством.

У Дьёрдя II был сын, Ференц I Ракоци, который всю жизнь прожил в Венгрии и "ни на что не претендовал", особенно когда после провала заговора Зриньи-Франкопана едва смог выкупить свою голову за "много денег". Но у него, в свою очередь, был сын Ференц II Ракоци - вот он-то, возглвив остатки куруцев после Тёкёли, смог "раздуть пламя мятежа", пользуясь тем, что основные силы австрийцев были заняты Войной за испанское наследство. Куруцы захватили Трансильванию, провозгласили Ференца II князем и сделали страну базой для набегов на Венгрию.

Закрылась "лавочка" в 1711 году, когда "лабанцы" (так куруцы называли своих мадьярских противников-коллаборационистов) и австрийцы добили "куручество" и заставили остатки их войск капитулировать в Трансильвании же. Сам Ракоци незадолго перед тем бежал - в Жечь, потом во Францию, а закончил свои дни в Турции, тщетно пытаясь вернуть власть над Трансильванией. С его смертью в 1735 году прекратились и последние намеки на независимость этого бывшего государства, превратившегося в австрийское губернаторство...